Юра с «Шахты № 8": После фильма меня вызвали в милицию, а на хозяев копанок завели дела

Опубликовать в Facebook
Опубликовать в Одноклассники
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal

Главным открытием прошлогоднего фестиваля документального кино "Docudays" стал фильм немецкого журналиста Якоба Просса "Другой Челси". В нем контрастно представлены реалии из жизни "низов" и "верхов" Донбасса на примере двух семей — молодого и богатого секретаря Донецкого горсовета Николая Левченко и простого футбольного болельщика Александра.

В этом году на фестивале "донецкая" тема взорвалась с новой силой благодаря картине эстонской журналистки Марьяны Каат, которая осмелилась показать правду о нищете и безысходности, в которых годами живут сотни тысяч украинцев.

В ее фильме "Шахта № 8" речь идет о жизни 15-летнего парня Юры, который один содержит двух сестер и родителей, работая на нелегальных шахтах-копанках.

Фильм о донецком подростке, который героически справляется со всеми ужасами этой жизни, шокировал мир, его показали на фестивалях в 30 странах. Впрочем, для Украины правда оказалась слишком страшной. Ленту сняли с конкурсной программы "Docudays" по требованию Украинского сопродюсера Елены Фетисовой. Режиссеру Марьяне Каат удалось показать его в Украине вне конкурса, однако говорить о прокате после демарша украинской стороны невозможно.

"Украинская правда. Жизнь" встретилась с главным героем фильма "Шахта № 8" Сикановым и его другом, который также снялся в нем, Димой Опрыщенком.

Ребят пригласили в Киев организаторы фестиваля "Docudays UA, Международный фестиваль документального кино о правах человека". Они впервые побывали в столице и впервые ехали поездом так далеко.

"В плацкарте ехали. Сосед храпел, ноги висели", — смеется 22-летний Дима.

"день в Киеве. Так, на Крещатике были, Софию посмотрели, Лавру. Все интересно", — добавляет более разговорчивый Юра. Теперь ему уже почти 19 лет, на копанках не работает, мечтает о собственном кафе и семье.

Во время почти часового разговора герои "Шахты № 8об изменениях в их жизни после выхода фильма, неизменные проблемы и планы на будущее.

img134

Вот таким был в фильме 15-летний Юра Сиканов

ЕСЛИ БЫ НЕ БЫЛО ЭТОЙ КОПАНКИ, ЧТО БЫ НАМ ОСТАВАЛОСЬ ДЕЛАТЬ, ВОРОВАТЬ?

После фильма жизнь Юры и его семьи не стала легче. Его мать лишили родительских прав. Младшую сестру Юлю забрали в детский дом. Чтобы не попасть в интернат, Юра сначала скрывался от милиции. Однако позже его все-таки ловят и жестоко избивают.

"Меня приковали наручниками к батарее, просидел так всю ночь. А за что? Не знаю, может разозлил. Хотя они не имеют права так делать", — говорит он.

После этого Юру отправляют в училище. В прошлом году он его закончил и стал электросварщиком. Но только на бумаге, потому как сварочный аппарат держал в руках всего несколько раз.

"Кому нужен я после училища? С меня такой сварщик! Учился я на сварщика, а нас возили на море, практику проходить — клеили обои, красили".

img135

Юра справа и Дима слева за 4 года после начала съемок фильма. Теперь ребятам 19 и 22 года соответственно

На вопрос, работает ли он сейчас, Юра отвечает неохотно. Говорит, перебивается случайными заработками, но уже не на копанке — в Снежном их почти не осталось, поскольку все уголь уже выбран.

Сейчас он живет с мамой в доме, который во время съемок фильма приобрели для его семьи журналисты. Однако ситуация нестабильна — дом вот-вот может провалиться ... в яму.

"Раньше все село было заселено, а сейчас — через один дом. Стены поотходили, все рушится, и все это через шахты, все подкопано под домами. Я жил на этой улице в трех домах, и во всех дворах у нас были шахты ..." , — рассказывает он.

"Еще у нас осталась трехкомнатная квартира в центре города. В феврале умерла бабушка, квартира стоит пустая. Но я не могу её забрать, потому что бабушка задолжала деньги хозяину "Оскара", это кафе под домом. Хозяин поставил новые двери и нас не пускает . Мне интересно, что я могу с этим сделать. Там где-то 30 тысяч гривен долга ...", — добавляет Юра.

Но произошли в жизни парня и хорошие события — его мама перестала пить и проходит обучение в центре занятости, чтобы получить специальность повара.

Младшая сестра Юля до сих пор находится в детском доме. Юра мечтает забрать ее домой, но пока не найдет стабильной работы, это невозможно.

"Чтобы ее забрать, нужен свой дом, своя квартира. Меня поставили на учет на квартиру, когда я выпустился. Но вы же знаете, сколько ее ждать".

Старшая сестра Ульяна недавно переехала в Севастополь.

"Юля хочет быть фотографом, а про Ульяну не знаю ... Мы с ней только по телефону общаемся. Она осенью уехала, вышла замуж за человека, который сидел ... Поэтому за нее все переживают", — рассказывает Юра.

ТЕПЕРЬ МЫ НЕ БОИМСЯ, У НАС ЕСТЬ КРЫША

Едва ли не единственной реакцией властей на проблемы, показанные в фильме, стало открытие уголовных дел против владельцев нелегальных шахт, где работали Юра и его друзья.

"Когда фильм по интернету пришел к правительству, пришло письмо из прокуратуры в наш город, чтобы прокуратура разобралась, как это малолетки работают в шахтах. Милиция нас вызвала, брала показания. А те, на кого мы работали, сейчас под следствием. Получается, что из-за нас. А мы в этом деле идем как пострадавшие", — рассказал Юра.

Парень не понимает, почему директора шахт оказались "крайними" в глубоких социальных проблемах.

"Я не знаю, почему этих начальников шахт сейчас обвиняют. На тот момент они нас выручили. А если бы не было этой работы на шахте? Мы бы что, пошли воровать? И сейчас сидели бы не на фестивале, а вторую или третью ходку парились ... », — говорит он.

"Вот мой отчим сидит за ограбление. Грабил тазики, кастрюли, в подвал к кому-то залезет... Все, чтобы потом продать и выпить. Если бы мы не работали, мы, может, стали такими же. Бы нам не дали бы работы, то жить же за то надо было бы ... ", — добавляет он.

Юра говорит, что людям в его городке трудно жить, потому что нет работы.

"Понимаете, у людей нет такого желания ... Как сказать ... Может, и есть какие-то цели, но не хватает средств, чтобы воплотить их в реальность. Люди пьют, наркоманы, они повсюду! Я даже когда учился в Макеевке, ходил, видел всюду эти шприцы ", — рассказывает он.

img136

Діма у фільмі теж спускається у копанки, а ще — миє підлоги

Друг Юры Дима добавляет, что после того, как фильм о них посмотрели местные жители, сразу появились недовольные. Людям не понравилось, что ребята рассказали правду.

"Было у меня, когда я пришел на работу устраиваться, а мне говорят: О, так ты, питовец, в фильме снимался! Ну, понимаете," Пит номер 8 "(от англ." Яма "), местные начали называться питивцами . Это плохая шутка ", — говорит он.

"То есть владельцам шахт это не понравилось. Ну, конечно, они же богатые. А кто мы? И еще взяли и рассказали на всю Украину и всю Европу", — добавляет парень.

Сейчас возвращаться домой Юра и Дима уже не боятся. За эти несколько дней ребята стали известными на всю Украину — дали десятки интервью, побывали на эфирах телеканалов. Говорят, к ним подходили многие из различных организаций, оставляли свои визитки, но конкретной помощи пока не предлагали.

Однако главным достижением от своей популярности ребята считают новые связи. Говорят, теперь у них есть "крыша" и они не боятся возвращаться обратно в городок, правду о котором знает теперь вся Украина.

"Все может быть, конечно. Но, думаю, мы вот сейчас из Киева приедем и, как нам объяснили, крыша будет, нас будут защищать. Раньше единственным нашим крышей была Марьяна (эстонский журналист, автор фильма), но она далеко ... », — говорит Юра.

img137

МНЕ ПРЕДЛАГАЛИ ЕХАТЬ В КАНАДУ, ГЕРМАНИЮ, НО Я НЕ ЗАХОТЕЛ

В фильме Юра по-взрослому говорит, что у него нет времени на мечты — он хочет только работать и содержать семью. Как и тогда, он говорит о том, что хотел бы открыть собственное кафе.

"Я с детства мечтал о кафе, потому что с раннего возраста сам готовил. Сейчас я начал понимать, что сначала надо к этому прийти. Это же не то, чтобы пошел и открыл ...", — говорит он.

Дима не против помочь другу с его мечтой. Он окончил поварские курсы и уже работает в кафе.

"После фильма я начал учиться от центра занятости на повара, у меня было 3 месяца практики. Я научился жарить шашлыки. Я сначала работал в таком комплексе... Ну, баня там была, ресторан. Я там работал вахтером, и тогда ребята научили меня готовить шашлык. Потом, когда хозяева изменились, не было работы, мне помогла хозяйка получить это образование... ", — рассказывает Дима.

В кафе он зарабатывает 1500 тысячи гривен в месяц.

"Но это смешно! Деньги тратятся быстро, расходы бегут впереди доходов", — говорит он.

Чтобы зарабатывать больше, Дима хочет учиться. Говорит, если бы была такая возможность, выучился бы на эколога.

Юра же, наоборот, хочет только стабильную работу, свой бизнес. Не против переехать в Киев.

"Но тогда и маму надо забрать, она без меня пропадет", — говорит он.

На вопрос, не думал ли он поехать на заработки заграницу, Юра отвечает:

"Продюсер предлагал ... В Канаду, Германию. Не знаю, Украина — все же есть Украина ... Я там никого не знаю".

Юра признается, что таким самостоятельным и взрослым он стал через маму: она с детства приучала детей к работе.
"Мама у нас очень хорошая. Просто когда умер отец, она запила, а потом нашла отчима, который ее спаивал. А так мама приучала нас с детства к труду. Мы жили в деревне, работали на огороде. Меньшая сестра еще тогда была маленькая, а со старшей мы очень дружили и нам не надо было говорить, чтобы мы ушли убрали, или попололи на огороде. Все делали сами. В селе даже говорили, что мы, как пчелки ".
Впервые Юра спустился в яму в 14 лет, 8-9 класс школы "провел на шахте".

"Когда я учился в училище, приходил, а все сидят, говорят о компьютерных играх. А я, например, пришел с ночи. Мне не до этих компьютерных игр. Поэтому у меня было мало друзей", — говорит он .

img138

МНЕ ХОЧЕТСЯ РАБОТАТЬ

Юра и Дима о своих рабочих буднях рассказывают просто и непринужденно. "Это для вас дико, вы не знаете, что такое шахта. А у нас никого этим не удивишь". Такая работа хоть и тяжелая, но могла приносить прибыль.

"На копанке можно было заработать около 5 тысяч. Есть шахты, где зарабатывали 15 тысяч, 10, 7, 5. Несмотря, кем ты работаешь. У меня было, что на копанке где-то 450 гривен в неделю зарабатывал", — признается Юра. Теперь, когда копать нечего, он перебивается случайными заработками, поэтому отложить деньги на свою мечту — кафе — пока не может.

"Бывает по-разному. Бывает, что есть лимит, иногда — нет. Вот, например, в феврале умерла бабушка, и лимит исчерпан. Но стабильного заработка, чтобы я не переживал, нет", — добавляет Юра.
Многие жители Снежного выезжают, бегут от недостатка работы и денег. Юра рассказывает, что если есть где работать, то дети в городке пытаются помочь родителям.

"У богатых дети где-то учатся, такие, как мы — заканчивают школу, а потом работают. Вот у меня есть друг, он на рынке масками торгует. Если есть работа, то, конечно, пытаются подрабатывать".

"Если бы тебе сейчас предложили пройти независимое оценивание и поступить в хороший вуз?", — спрашиваем напоследок.

"Не знаю, может. Но мне уже хочется работать", — отвечает Юра.

Украинская правда. Жизнь

дети донбасс копанки шахты

Интернет реклама УБС

Предыдущий Ефремов попросил луганчан поддержать власть на выборах. Иначе всем будет плохо…
Следующий Заря новой жизни: чем ночь темней – тем ярче Межигорье (фото)
x

Читать также...

mag-infograpchis-1024x861

Ищем 23 региональных координаторов кампании “ЧЕСНО.Фильтруй суд!”